Экскурсоводы говорили, что черногорцы — люди ленивые, и кошек не любят. (Почему? А потому, что кошка первой занимает место под солнцем, на которое черногорец сам собирался лечь.) По моему опыту, вернее будет сказать, что кошки не любят черногорцев: они по большей части дикие, неласковые и гуляют сами по себе; людей терпят, а не жалуют; вольготнее всего чувствуют себя в Которе, где человеку тесно, а сумерки наступают на добрый час раньше положенного. Солнце уходит за горы. По стенам ползет мох. С одной крыши можно шагнуть на другую.
Словом, насчитав на первой же площади Котора около десяти котов, мы с Feuille Morte тут же вспомнили Лавкрафта:
«Говорят, в Ултаре, что за рекой Скай, человек не смеет убить кота, — я этому склонен верить, особенно когда вижу, как кот умывается около огня. Он таинственен и близок к тем странным созданиям, которых люди уже не могут видеть. Он душа древнего Египта, тот, кто хранит сказки забытых городов Мера и Офира. Он родственник повелителей джунглей, наследник секретов древней и зловещей Африки. Сфинкс — его кузина, он говорит на ее языке, только он старше кузины и помнит, то о чем она даже и не знала».