Один известный фото-блогер недавно рассказывал, что в путешествиях снимает каждый куст и каждую собаку, составляет план постов на неделю вперед и каждую свободную минуту проводит за ноутбуком. Поучиться бы у него, что ли. Писать каждую минуту — это утопия, конечно, но в путешествиях мне стоило бы побольше щелкать объективом, и поменьше — клювом, а то я из всей поездки привезла столько фотографий, сколько этот товарищ делает за один день, и теперь жалуюсь, что мне показывать нечего. Плюс, пока я перекачивала содержимое карты на ноутбук, камера съела какую-то часть снимков на завтрак. В итоге я лишилась семейного портрета носорогов, фоточек окапиных ушей и трети репортажа про музей компьютерных игр. Это притом, что он довольно маленький по площади, и снимать там в приниципе особо нечего — большую часть экспозиции составляют видеоролики. Рассказывать о нем тоже сложно — не пересказывать же, блин, содержание каждой статьи.
Так что пост о музее игр проходит у меня под кодовым названием «Чем богаты, тем и рады».
>> computerspielemuseum
Вообще мы с Cartagia начали первый день в Берлине с политехнического музея, а там первым делом зашли на экспозицию, посвященную истории компьютера. (Да, на фотографии внизу — не образец современного искусства, а фрагмент одного из первых компьютеров; как этакая древняя техника работала — уму непостижимо.)
В общем, уже там мы оттеснили прочих посетителей и минут пятнадцать проторчали у экспозиции, которая показывала постепенное развитие трех компьютерных игр: тенниса, квестов и гонок. Графика с течением времени становилась все лучше, гемплей — ну, хочется сказать, что сложнее, однако потом я узнала, что самые первые игры типа point-and-click появились в годы, когда не было мышей, и нечем было собственно пойнтать и кликать, поэтому игроку приходилось печатать команды для своего персонажа самостоятельно, вроде «возьми ключ» или «выйди через дверь». Этот факт потряс меня до самой глубины души; даже больше, чем игра с древнейшим компьютером в крестики-нолики.
(Мы, кстати, сошлись на ничьей.)
Так вот, про музей-то.
Мы подъехали к нему довольно поздно, — на все про все у нас оставалось часа два, вряд ли больше, — и на входе нас встретили фигурки Линка и Лары Крофт нью-стайл в полный рост, а также древнее как мир аутентичное издание D&D в застекленной витрине. D&D, Карл! Прежде чем двигаться дальше, я почти пустила горькую скупую слезу над этими пожелтевшими страницами.
Одну из стен там занимают витрины с разнообразными приставками, от самых древних и смешных коробок до PS2. Про историю каждой из них написана небольшая статья, ну и на скриншоты игр, которые шли на этих приставках, посмотреть можно. Глядя на них, я вспомнила, что у нас дома тоже была когда-то приставка, а к ней прилагалась куча игр на огромных старых дискетах, но ничего похожего на них на выставке не нашла.
Зато нашла скриншот старой, 94 года, игры про Чужих и Хищников для одной из приставок Atari:
Поиграть в древних Чужих и Хищников не дали. Зато дали в пинг-понг, тоже от Atari: в музее есть уголки, стилизованные под комнаты разных десятилетий, где можно самим погонять в игры соответствующих периодов. Так, в гостиной семидесятых стоял тот самый легендарный пинг-понг — на фотографии он справа; приставку, что слева, мы запустить так и не сумели, зато в пинг-понг резались до победного.
«До победного» — это до момента, пока у одного из игроков не наберется пятнадцать промахов. После этого игра останавливается, нужно начинать сначала.
В чердачной комнатке Cartagia резался в Space Invaders...
...а в комнатке девяностых — в «Марио». На стене в ней, кстати, висел совершенно чудный аутентичный постер «Звездных войн» — «Новой надежды», что ли. Я была рада видеть и его тоже, как старого знакомого.
Первая Playstation:
И какая-то загадочная игра (судя по всему — восьмидесятых), в которую мы так и не поиграли:
Зато погоняли на самолетике в 3d, надев 3d-очки поверх обычных:
Ну и, конечно, мы резались в самые настоящие аркадные автоматы.
АРКАДНЫЕ АВТОМАТЫ, КАРЛ
Мы с достоинством проиграли: я — «Космическим захватчикам», Cartagia — «Тетрису»
Я, конечно, хотела бы перепробовать все автоматы, но музеи в Германии закрываются рано, и в семь часов нам пришлось топать к выходу. Сувениров не прихватили: музейный магазинчик оказался уныл, а я вошла в режим «Матроскин экономить будет», кроме того, самый главный сувенир — любвеобильный куб-компаньон — у меня уже есть.
Но я вот что хочу сказать после музея: классное у нас с вами хобби, товарищи.
Охрененное просто.