В последнее время мой дневник превращается в нехитрый фотоблог: в нем сплошь цветочки, веточки да котики. Я бы и хотела разбавить снимки творчеством или, скажем, глубокомысленными постами, но в выходные побывала с родителями на даче, с
Пани В. — в «Республике кошек», и на фотографиях, которые я привезла из Питера, опять все то же: котики и цветочки. Ну что тут поделаешь! Прошу не судить меня строго: люди в присутствии кошек, как известно, стремительно глупеют, а в «Республике» их было целых двадцать.
Как кафе «Республика», признаться, так себе: неуютно, тесно, людно; в куцем и напечатанном на дурном принтере меню сплошь сладости и кофе. Но это не так уж важно, потому что туда никто не ходит за капучино и штруделями. Все ходят гладить котиков.
Котики обитают в двух дальних комнатах, а попасть к ним можно через «волшебный», как в Нарнии, шкаф с ручкой в форме львиной головы. На шкафу табличка: «Здесь живет Их Кошачье Величество». Гостей заставляют мыть руки, надевать бахилы и оформлять шуточные паспорта (я, переведя свой возраст в кошачий, с прискорбием констатировала, что мой кот старше меня), а в шкафу — мяукать. Трижды. Громко. Хором.
Иначе не пустят в кошачью страну.
| мурчащие, теплые, сонные, настоящие |
Самая интересная часть посещения — знакомство со всеми обитателями республики. Рассказывают про биографию каждой кошки, породу, характер, повадки; я, само собой, вертелась вокруг девушки-экскурсовода, постоянно щелкала фотоаппаратом и, по словам Feuille Morte, «изменяла Северусу с другими котиками».
(Но они все такие милые, черт возьми.)
Про эрмитажную кошку Дору Маар, названную в честь возлюбленной Пабло Пикассо, сказали: королева и кокетка. Ее, мол, нужно осыпать комплиментами, чтобы согласилась позировать: Дора хорошая; Дора красивая; Дора — потрясающая киса.
В этот момент к восторгу посетителей кокетка изогнулась и стала вылизывать собственный хвост. 
У Луны разноцветные глаза, и она из-за этого глуховата. (Белые кошки с голубыми глазами, как известно, вовсе не слышат.)
Галу принесли усыплять в клинику, когда выяснилось, что она не сможет участвовать в выставках из-за неправильного «излома хвоста». Шерсть у Галы потрясающая, водоотталкивающая, шелковистая. Прямо целый день стояла бы рядом и гладила.
А вот другая бенгальская, имя которой я уже не помню, ослепла после тяжелых родов и почти перестала ухаживать за собой. Сейчас ищут семью, в которой кошке могли бы оказывать должный уход.
Сфинкс Дюшес тут же вызвал у меня ассоциации с песней «Цветут цветы», потому что, понимаете ли —
На холодной Земле,
населенной извне,
приземляются они —
инопланетяне
Когда я попробовала погладить дремлющего Дюшу, осторожно просунув руку в «норку», его вислоухая подруга Есения тут же открыла глаза и тяпнула меня за запястье.
У мейн-куна Фреи — три с половиной лапы: правая передняя у нее с детства укороченная, но вполне «рабочая».
Зато у Хемингуэя — по шесть пальцев на каждой лапе. На сайте утверждается, что мейн-кун — потомок шестипалого кота по имени Снежок, «кота в варежках», который некогда жил у писателя. Котику девять месяцев, а он уже тяжелее и мордастее Севы.
Мару! Мару появился в «Республике кошек» в конце июня, человеческое внимание ему пока еще не надоело, так что он охотнее всего общался с посетителями.
Манеки Нэко дрыхла на троне и позволила себя фотографировать со всех ракурсов.
У президента республики очень породистое имя: Жан-Батист-Мишель Валлен-Деламот; кота назвали в честь архитектора, работавшего в Петербурге при Екатерине Великой.
Гоген, разрекламированный на сайте как «доброта и кротость», посмотрел на нас с презрением и, как только его отпустили, ушел спать наверх.
Ну и, собственно, Оливия, обладательница чарующих зеленых глаз (которые у меня, конечно, толком не вышли на снимках) и любительница коротких волос у человеков. На второй фотографии она как раз «причесывает» нашу девушку-экскурсовода.
Есть в «Республике», кроме того, Эрик, кот-такса на коротеньких лапках; бобтейл Илвис со смешным огрызком хвоста; Малышка Мю с плоской мордой; Штаки, подстриженная после недавней операции подо льва, и другие обитатели, которых я уже не назову. Состав республиканцев время от времени меняется: старым кошкам находят семьи, новых берут на попечение, поэтому если вы придете в кафе через месяц, возможно, кого-то из моих фотомоделей уже там не будет.
Мораль? Теперь вы знаете, чем заняться в Питере, если у вас есть лишние двести рублей в кармане и нет аллергии.

Любопытно на разных кошек посмотреть, конечно. Есения такая нескладная, например, лысоватая, словно лишаем переболела, и с какими-то курчавыми усами, а на деле попала в «Республику» из питомника после завершения своей выставочной карьеры: брала какие-то медали за чистоту породы. )